Что стояло за ужасающей и по сей день «эпидемией смеха Таньганьики»?

Год 1962-ой, Танзания, побережье озера Виктория. Здесь, в маленькой деревушке Кашаша, в школе при миссионерской миссии, произошло то, что после со страхом назовут «гневом духов предков». А спустя годы маститые западные ученые… полностью согласятся с этим утверждением и сделают новые, шокирующие выводы. Так что же это было — эпидемия смеха Таньганьики?

30 января 1962-го трое девочек без видимой причины начали смеяться во время урока. Учитель выгнал их за шалости во двор школы, но те не переставали хихикать, а в их глазах застыл ужас. К концу дня жуткий смех охватил 95 учеников из 160, большинство — девочки-подростки. В перерывах между истеричными смешками многие плакали и пытались объяснить, что «в их головы проникли демоны». Школу пришлось спешно закрыть, но было поздно — эпидемия смеха начала распространяться по региону.

Согласно единственному мало-мальски правильно составленному отчету, за авторством медицинского работника П. Филипа и профессора университета Макерере, А. Ранкина, эпидемия продолжалась 6 месяцев и затронула около 1000 человек. По другим, более достоверным, но непроверенным данным, все длилось много дольше, несколько лет, а счет пострадавших идет на десятки тысяч. Но эти люди не прибегали к помощи, ведь они верили, что духи наказывают их справедливо и нечего жаловаться, надо терпеть. Это явление местные называют «omuneepo», смеющаяся болезнь, которая закончилась также внезапно, как и началась.

Слишком заразный смех

Такой версии придерживается профессор психологии Роберт Провин, который провел немало полевых исследований. Он достоверно установил, что весело «заразившимся смехом» не было ни капли, они делали это вынужденно. Потому что все вокруг хихикали и иное поведение было бы асоциальным. Люди смеялись неосознанно, подобно тому, как в толпе распространяется некая заразная модель поведения, только здесь она действительно приняла масштабы эпидемии.

Мозговой вирус

Бразильский биолог Сильвия Кардозу, специалист по поведенческим патологиям людей, полагает — ни один психический сдвиг не способен вызвать столь продолжительную реакцию. Проблема тут сокрыта глубже, она в мозгу, который получил обратимые повреждения. Например, в результате вирусной инфекции, которая может быть некоей разновидностью энцефалита. Правда, никаких следов ни то, ни другого, у страдальцев эпидемии смеха не обнаружено.

А при чем здесь духи?

Факт №1: никто из ныне живущих жертв той эпидемии не соглашается ничего рассказать о ней, люди наотрез отказываются вспоминать те дни. Факт №2: вспышки неконтролируемого смеха в регионе случаются и по сей день, только меньшего масштаба. И, наконец, факт №3: основными жертвами становятся юные девушки, почти девочки, которые оказываются в стрессовой ситуации. Некоторые специалисты полагают, что все дело в моторной истерии, реакции организма на крайний стресс, которая лежит за пределами контроля человеческого сознания.

Школьницы Кашаши были деревенскими простушками, которых с детства готовили стать женщиной-работницей — знай, меси навоз да рожай детей, ни о чем не думай, пока здоровье есть. В миссионерской школе с её строгими порядками оторванные от родного очага дети переживали жуткий стресс, поэтому не удивительно, что единичные случаи истерики переродились в массовую истерию. Дремучее местное население правильно угадало с причинами проблемы — само естество, заложенные гены предков африканских подростков противились такому надлому, но ни как вылечить, ни как организовать профилактику эпидемии смеха, никто сообразить не мог. Ведь миссионеры, как ни крути, несли добро — не будешь же их сжигать на костре за то, что дети массово смеются со слезами на глазах?

Источник

1015